(Дополненное. 13.05.2015.)
Все живые объекты и системы подвержены прессингу паразитирующих элементов и структур. Наиважнейшим условием выживания является эффективное противодействие паразитам. На микробиологическом (бактерии) уровне им противостоит иммунитет, без компромиссов уничтожая инородных по единственному критерию «свой-чужой». На следующем (глисты) уровне – инстинкт. Т.е. интуитивно-правильное использование потенциала среды. Собаки и кошки едят определённые травы. Лоси периодически, до опьянения (ударная доза, исключающая привыкание паразитов), объедаются мухомором (человеку можно рекомендовать лимон, чеснок). Рефлексы и интуиция помогают противостоять внешним паразитам. Лисы, медленно заходя в спокойную воду, избавляются от блох, оставляя их в куске мха, зажатым на время процедуры в зубах. Советские заключённые резко поднимали темп работы, избавляясь от внедрённых в свои бригады стукачей, к труду не расположенных. Примеров много. Полезных и интересных.
По мере совершенствования живого появлялись коллективы особей с той или иной степенью социальной организации. И коллективы в различных видах и их отдельные представители находили для себя пользу во взаимодействиях, в том числе и межвидовых (симбиоз). Но эта польза не всегда была обоюдна. Асимметрия в результатах взаимодействия и есть паразитизм, но уже социальный. Кукушка, например «сгружает» заботы по вскармливанию своего потомства на других пернатых (и это у неё в крови), откладывая им в гнёзда свои яйца. Крайняя форма социального паразитизма, это хищники. Но в отличии от паразитов внутренних (у внутренних паразитов нет пределов), хищники связаны обратными связями с социальными телами своих жертв и не могут нанести значительный урон их численности. Внутренние же паразиты влезают во внутреннее устройство (в обратные связи) биологического, социального или экономического организма либо информационно (вирусы, советники), либо, потребляя и отравляя соки организма (глисты, кредитные системы) и доводят организм до дистрофии, до удушения (банкротство). В социуме это прослеживается на всех уровнях. От государственного, до частного. И противостоять им может либо иммунитет (социальный иммунитет, это законы, прежде всего нравственные), либо действия на основе ясного осознания проблемы, закреплённые в будущем в социальных рефлексах – отмежевание и не взаимодействие с паразитами и их структурами.
В человеческом обществе социальные паразиты присутствовали, надо полагать, всегда. По мере усложнения общества, усложнялись и паразиты. Они объединялись и трансформировались как в кровососущие (банки, барыги и т.д.), так и в хищные (рэкет, рейдеры, гангстеры (бандиты)) группы и элементы. Появлялись их иерархические структуры. Наиболее безпринципные и изворотливые всегда были на вершинах потребления и являлись инициаторами и идеологами организационных изощрённостей. Одно из проявлений этих изощрённостей т.н. «новые кочевники». Это высокоорганизованные социальные каннибалы. За одно-два столетия, заедая какое-нибудь государство (нацию), они откочёвывают в следующее. Это давно стало постоянно действующей схемой.
По причинам, вытекающим из их философии, паразиты всегда концентрируются у самых злачных мест. А так как самое-самое это власть, то было бы неожиданным, обнаружить их недостаток именно там. Всегда (с рождения!) тупо стремясь к власти (клещи всегда лезут на верх), эти субъекты проявляют чудеса взаимопонимания и сплочённости. Очень часто у них видны целые наборы вырожденческих признаков. Наблюдения так же показывают генетическую предрасположенность этих дегенератов к потребительству и принципиальное отсутствие насыщения – факт очень важный для понимания их мотиваций и прогнозирования их действий. Собственно, в отсутствии насыщения и состоит опаснейшая составляющая свойств внутренних паразитов. По этому, человечеству совершенно не обходимо принять в качестве важнейшей и актуальнейшей, новую науку – СОЦИАЛЬНУЮ ПАРАЗИТОЛОГИЮ, изучающую условия
